Репосты из ФБ - за 29 января

Видимо, пора уже разобраться по понятиям с Европой. Потому что у нас тут налицо некая каша из образов и мифов, которая, однако, приводит к очень нехорошим последствиям. На самом деле, в понятие «Европа» многими вкладывается сразу несколько смыслов. Я бы взял три ключевых:

1. Европа как культурный, исторический, туристико-географический, пляжно-ресторанный и оперно-музейный феномен. Который нам душевно и духовно близок. В котором мы с удовольствием загораем, кушаем паэлью и айсбайн, пьем пиво и кальвадос, обнимаем на фото пизанскую и эйфелеву башни и т.п. Абсолютно ничего плохого в этой любви к еврокультуре нет, тем паче, что там и наш след присутствует на каждом шагу – витражами Шагала в храмах, или обязательным «Щелкунчиком» в новогоднем репертуаре музыкальных театров, или казино с табличкой «Здесь Достоевский проиграл кучу денег». И любовь эта глубоко взаимна, особенно, если вы приехали с деньгами.

2. Европа, как некий ценностный феномен. Надо сказать, он не всегда был одинаковым. И сформировался под влиянием античности + Христианства + Просвещения. Актуально доминирующие ценности, как известно – довольно радикальный либерализм, который пока не нашел должного отклика в России, но над этим работают. Однако даже тут я не вижу ничего крамольного в увлечении наших сограждан этими ценностями (даже если сам их не разделяю): кто-то же может верить в правильность однополых браков и что «Кончита – наш рулевой!», «Мы – Шарли! А вы все – ширли-мырли!». Ну нравится человеку – его проблема. Имеет право, не наказуемо, если не при детях и под хорошую закуску.

3. Европа, как геополитическая и геоэкономическая реальность, военно-политический полюс мира, отстаивающий собственные интересы в конкуренции со всеми прочими. Здесь уже трудно говорить о Европе как самостоятельной единице, но будем условно Евро-Атлантику тоже считать «Европой». Сюда входят власти, либерально-правящие партии и обслуживающие их СМИ, как и вся «цивилизованная общественность», с готовностью орущая «распни!» про тех, на кого покажут власти.

И вот увлечение этой третьей ипостасью нашему человеку категорически противопоказано. Тем более – в переломные моменты истории. Потому как именно эта воинственная штука делает всякие «восточные партнерства», антироссийские перевороты и размещает базы вокруг нас, пакостит с газовыми потоками, вводит санкции и спонсирует «пятые колонны». Не обязательно все это со зла – возможно, так поступали бы любые на их месте. Но, как бы то ни было, именно это третье обличие Европы нас исторически не любит. Ну вот не повезло нам. Ибо в ином случае они давно бы нашли возможность нас интегрировать, а не обкладывать базами и не поощрять клинических русофобов по соседству с нами.

Весь фокус с этими тремя ликами Евро-Януса в том, что их постоянно, с искусством хорошего картежного шулера, подменяют друг другом – в пропаганде, в дискуссии, в СМИ. Отсюда и появляются эти ловушки сознания, которые очень часто сбивают с толку неискушенных людей в России ли, на Украине или еще где «охмуряют ксендзы»: «Но вы же любите шпикачки? Тогда почему вы боитесь баз НАТО?!». «Вы же не против однополых браков? Тогда почему вы против Третьего энергопакета ЕС?». «Делали шоппинг в Милане? Носите кружевные трусы? Значит, вы просто обязаны поддержать евромайдан!» ну и т.п. и т.д. Наверняка вы все сталкивались с этими хохмочками, потому что ими кишит блогосфера.

Но мы должны четко понимать – отечественные любители немецких машин и французских коньяков никому ничем не обязаны. Так же, как, скажем, любители суши не обязаны отдавать Курилы. Поклонники британского рока, немецкого юмора или шведской семьи вовсе не должны автоматически любить НАТО или элементы американской ПРО в Европе. «Сегодня носит «адидас» - завтра Родину продаст» уже не актуально. Носи, что хочешь, но Родину не трогай.

А вот те, кто подтасовывает эти контексты, и под видом смыслов №1 и 2 подсовывает нам №3 – это и есть реальная «пятая колонна», поскольку она представляет здесь не дружественные культуру или ценности, а геополитического оппонента. Применившего к нашей стране санкции из-за того, что Россия сломала его планы по перекройке военно-политической карты Европы и обрушению баланса безопасности. То, какие красивые ценности использует ваш оппонент дома, какого вкуса у него хамон или насколько независимы у него суды, не играет в этой плоскости абсолютно никакой роли. Как вам, например, будет решительно все равно, задавил вас насмерть добрый отец семейства на новеньком «лексусе» или алкаш на ржавой «копейке». Собственно, из всего сказанного у меня остался без ответа лишь один вопрос: русофобия проходит у Европы по третьей, геополитической, категории, или таки уже по второй – ценностной? Мне кажется, именно это сейчас и решается на Украине и на Донбассе.

Репосты из ФБ - за 28 января

Капитальная ошибка украинцев в том, что они решили, будто все вертится вокруг них, из-за них и ради них. Санкции, армии, трубопроводы, сферы влияний, сплотившиеся альянсы, летающие самолеты и всплывающие подлодки, обвалы валют и цен, резолюции в поддержку и с осуждением – все это якобы исключительно для того, чтобы переманить на свою сторону один немаленький, но гордый народ. И что, дескать, идет какая-то битва за Украину. Что кому-то выгодно сделать ее витриной «торжества западных ценностей» или, наоборот, «покорить и отнять свободу». Шахматная доска, возомнившая себя игроком.

«Запад хочет сделать нас процветающей европейской страной» - сегодня такой же бред, как «Россия хочет навязать Украине свою волю и заманить в свои структуры». Если это и было, то давно проехало. Соглашение об ассоциации и путинские 15 миллиардов, попытка аншлюса переворотом, Крым, Новороссия, «боинг» и Мариуполь увели ситуацию очень далеко от ноября 2013-го. Игра в переманивание закончилась.

То есть, можно, еще по инерции верить: «Они, конечно, предложат мне большой выкуп, а я поторгуюсь». Семен Семеныч! «С бесчувственного тела» оно иногда удобнее. Геополитическое приобретение, похоже, перестало окупать затраты на него. Трудно сказать, где именно проходит та грань, за которой имиджевые выгоды от «Украина наша!» (уже обесцененные встречным «Крым наш!») окажутся менее привлекательными, чем дивиденды от превращения ее в «окровавленную жертву России». Но тогда уже понадобится не «город-сад» и не «держава-витрина», а «страна-улика» и «страна-Освенцим».

Первый нехороший признак – когда тамошние СМИ об ужасах и войне начинают говорить больше, чем об успехах своих подопечных в борьбе с коррупцией и в строительстве демократии. Так можно доиграться и до закулисного торга о том, как бы спихнуть Украину Москве. Впрочем, могут обойтись и без торга – если спровоцировать настоящую, а не отфотошопленную СБУ агрессию России и постараться подороже отдать Украину Москве («что делать, уступили агрессору, чтобы избежать мировой войны»). На бесконечное восстановление и на бесконечную же борьбу с «партизанским движением». А тем временем переформатировать под это всю мировую систему, начиная от Совбеза ООН.

Иногда выгоднее бесконечно долго поддерживать извне «героическое стремление народа к свободе», чем заполучить этот самый народ у себя «на свободе». В этом смысле на Мариуполь надежды, похоже, были немалые. По ощущению – ждут, когда Путину будет нечего терять: «если нас и без агрессии в ней обвинили, то – какая разница?».

Если он на это до сих пор не идет, значит – чувствует ловушку. Полный отказ России от Украины (и переход в формат вечного наказания за Крым с надеждой на приход какого-нибудь «Немцова-Крымовозвращенца») для Запада, как ни парадоксально, с точки зрения выгоды практически равен полному захвату Украины все той же Россией. В обоих случаях они, похоже, больше выиграют, чем потеряют.

А вот урегулирование и прекращение кровопролития по приднестровско-абхазскому сценарию им категорически не годится. В логике «страны-витрины» это было бы как раз нормально – с отдаленной перспективой вливания по типу ГДР в ФРГ. Зато с точки зрения «страны-жертвы» нужна как раз война до победного (точнее – до самоубийственного). Потому и будут гнать все новые волны мобилизации: «штурм унд дранг!», «террористические организации!», «страна-агрессор!», «Запад нам поможет!», «мы напишем в Спортлото!» и т.п.

Разумеется, все может перевернуться опять. Потому как мы прекрасно знаем, с кем имеем дело: если пойдет не как надо, могут, например, опять в «самолетики» поиграть. А то и в атомные станции. Но в той же мере не исключаю, что однажды украинцы будут единодушно требовать у России выдать им Януковича на суд за то, что он в свое время не остановил переворот.

Репосты из ФБ - за 21 января

Главное, что произошло у нас и в нас самих – это глубокое разочарование в Европе, прежде всего. Как в культурном, цивилизационном, метафизическом, если угодно, явлении. Разумеется, для того, чтобы разочароваться, надо сначала очароваться. И это было. Ведь многие искренне верили, что ТЕ – на голову выше нас, высококультурные сверхчеловеки (в пределах московского Садового кольца многие верят до сих пор). Так бывает, когда думаешь о ком-то, как о тонкой и одухотворенной личности, а выясняется, что он руководствуется примитивными животными инстинктами: пожрать, спариться, отпихнуть самца-конкурента. Так и тут: вместо культуры, справедливости и ценностей мы увидели тупой геополитический инстинкт. Четверть века не хотели в это поверить, но нас практически заставили силой.

Теперь, когда они там в очередной раз пыжатся, выдумывают новые санкции, по инерции считая себя моральными авторитетами, за дружбу с которыми должен биться каждый – мы смотрим на них с грустью, как на опустившегося человека, в которого еще недавно верили, как в самих себя.

Нет, наше отношение к Пизанской и Эйфелевой башням, к мюнхенскому и пражскому пиву ничуть не изменилось. Но Европа перестала быть чем-то сакральным, потусторонним, чем были колбасные евровитрины для первых советских и постсоветских туристов. Не потому, что там что-то изменилось – стали хуже дороги или машины. И не потому также, что мы сами возомнили о себе: себя мы, порой, не любим и не уважаем еще больше, чем европейцев. Треп либералов – «ну да, ну да, мы, типа, такие духовные, что гадим в подъездах, а они, развратно-загнивающие, моют улицы шампунем» - все это ни о чем. Не то, не то.

Мы не стали лучше, они не стали хуже. Просто мы увидели их без розовых очков. Такими, какие они есть. Не прынцами из сказок и не небожителями, а обычными людьми со своими комплексами, тараканами в головах и скелетами в шкафах. Мы ведь правда поверили, что «холодная война» закончилась, что не будет этого примитивного: «эти должны быть за нас, Россия без Украины – не империя, а здесь мы переворотик сварганим и своего человечка посадим, советничков ему подкинем; здесь бы провокацию покруче – самолетик там или еще какую маршрутку, и из всех независимых медиастволов залпом врежем, и новые санкции придумаем – побольнее, поизворотливее, с оттяжечкой».

С горечью мы смотрим на всю эту низкопробную суету тех, кого еще недавно уважали, считали примерами для себя, некой идеальной целью, к которой надо бы и нам стремиться – и ощущаем, что той недосягаемо высокой Европы, с которой нас связывали прежние идеалы общей веры и Просвещения, уже, видимо, не будет. А будет то холодный и расчетливый враг, включающий убитых русских в Донецке в свои калькуляции. То напыщенный бонвиван и сноб, считающий всех прочих расово (демократически, технологически, ценностно – не суть: для него это одно и то же) неполноценными. То занудный ментор, который вечно лезет в чужие дела и в итоге делает другим только хуже. То банальный Плюшкин, который всё подряд – страны, ценности, ресурсы, мигрантов – тащит в свою пыльную кучу и никак не может остановиться.

Произошло самое худшее из того, что могло произойти для «наших европейских партнеров» - нам стало практически всё равно, что они о нас думают. Хотя мы действительно так устроены, что порой ревностно относимся к тому, как нас видят другие – и за доброе слово можем последнюю рубаху отдать. И они тоже, в свою очередь, привыкли, что перед ними все заискивают, пренепременно стараясь понравиться и услышать похвалу из их уст.

До недавнего времени это совпадало. А теперь вдруг перестало – чего они еще не поняли. И всё еще по инерции считают, что уже очень скоро мы будем стремиться любой ценой восстановить свой имидж в их глазах, вернуть инвестиционное и всякое прочее доверие, заискивать, чтобы нас опять похлопали по плечу: «я, я – кароши рюсски мальтшик, дас ист дайн кредит-конфетка под маленьки процент, богати европейски дядя опять добри».

Но нам это уже неинтересно. Мы будем, конечно, стараться убрать всю эту напряженность, вернуть нормальную торговлю, снять остроту в сфере безопасности – но для нас это будет уже с другой Европой. Не с партнером, не с потенциальным союзником вследствие конвергенции и прочей интеграции, а с чужим своекорыстным субъектом, который всегда прятал свою грубую геополитическую лапу в лайковую перчатку высоких ценностей.

И это вовсе не так плохо. Трезвым в любом случае лучше быть, чем под кайфом необоснованного очарования по отношению к чужому. И все же, наверное, мы будем грустить по Европе – пусть нереальной и выдуманной нами – которую мы потеряли.

Репосты из ФБ - за 14 января

Вот мы все же не способны на великие чувства к другим народам. Особенно на негативные. Даже антисемитизм у нас какой-то бытовой. Все равно нам Марк Бернес близок так же, как Василий Шукшин. А стоило Рамзану встать с нами в строй – ну и где про «кормить Кавказ»?
Может, поэтому у нас русский национализм никак не заработает на полную катушку, как у прочих уважающих себя наций? На радость дворникам, рынкам и стройкам России, и в огорчение Холмогорову и иным спутникам несостоявшихся погромов. Они считают – мы не дотягиваем до национализма. Мне кажется, мы как-то наднациональны – то ли православное, то ли имперское, то ли интернационально-коммунистическое прошлое сказывается, то ли все вместе. Но чем больше мы смотрим на всяких херойствующих соседей, тем более пошлым нам это кажется. Не достойным зависти и уважения, а именно глубоко и безнадежно пошлым. За что потом, когда угар проходит, нациям часто бывает очень стыдно. Если даже удается избежать трибуналов.

Антиамериканизм? Да что нам делить с нормальными одноэтажными кукурузниками? А с итальянским или греческим фермером? Да, либеральные города и натовские «ястребы» - этих мы не воспринимаем. Но таки не по нацпризнаку. Если ты не убиваешь русских – мы про тебя вообще забыть можем. Вот кто с ходу назовет имя нынешнего грузинского президента? А сколько нам всякие тут рассказывали, что мы «такой личный неприязн испитываем – кущать нэ можэм»? И нет никакой неприязни – зато есть «Боржоми».

Ну не можем мы кого-то на гиляку за то, что он – другой национальности. Даже сволочь последнюю и убийцу. Пленных фашистов подкармливали. Которые к нам пришли ТАКОЕ вытворять – примерно на 5 Холокостов хватает. И что? Виновных в Холокосте ловят до сих пор по свету, русским же говорят: ваши погибшие миллионы – не считаются, раз после войны в половине Европы не было многопартийности и «Кока-колы». Вот это – ужас-ужас, а вы тут с вашими сожженными деревнями. Поэтому им и референдум в Крыму страшнее Одессы.

Зато как же мы любим тех, кто к нам хоть немного с пониманием. До смешного. Все долги прощаем – ребята, только не делайте антироссийских переворотов! Ну просто не превращайтесь в Украину, а? Ну разве так трудно без гиляк вменяемому человеку, которого еще не охмурили ксендзы с кружевными трусами и методичками на тему «Как победить коррупцию коллективными подпрыгиваниями»?

Может быть, всё это очень плохо. Что мы до упора наивно верим в братство и родство, как большевики в солидарность «немецких трудящихся» на фронте в 1917-м. Вместо того, чтобы сплотиться, выходить на площади в едином порыве, вводить, обходить с флангов, объявлять ультиматумы и войны из-за одного пленного капрала. До самого конца мы считаем, что у тех это – временное помутнение, которое скоро пройдет. Ну не может не пройти, в 21-м веке...

И это нам очень часто обходится весьма дорого – попытки верить в братство там, где другие полагаются на пропаганду и экономическое подчинение. Вполне возможно, неумение вовремя взбодрить национальное чувство – наша проблема. Но все равно не могу завидовать соседям, которым это удалось. Потому что их нацчувство стало банальным объектом манипуляции, когда проукраинский запал использовали против украинских интересов. Ведь у самих-то европейских наций национализм весьма и весьма евроскептичный.

Но зато мы гораздо острее чувствуем, когда нас хотят подчинить. Для нас абсолютный нонсенс, чтобы нация, дружно кричащая «слава моей стране – героям слава!», делала это ради договора, отменяющего госсуверенитет и взрывающего внутренний межнациональный мир. Патриотическое чувство в нас сильнее национального. Либо они просто совпадают. Повторюсь, может быть, это не есть хорошо. Я иногда даже завидую националистам. Потому что, например, когда вдруг вижу по самому первому каналу страны так называемый «русский шансон» - у меня рука тянется к пульту переключить на «Культуру», где показывают совсем не русского Джо Дассена.

Это никак не отменяет категорического императива, что надо помогать русским в Новороссии. Как, впрочем, и украинцам там же. И абхазам. И южным осетинам. И сербам. Всем, кому больше никто, кроме нас не поможет. Не все потом оказываются исторически благодарными, не все помнят добро больше зла. Но я все равно благодарю Бога, что я – москаль. Даже если меня сейчас какие-то другие народы не любят и наказывают именно за это. В такие минуты я радуюсь, что мы не похожи на них. Наверно, это тоже национализм

Запретных тем нет. За исключением запретных тем.

В октябре российский теннисный гуру Шамиль Тарпищев имел неосторожность пошутить на российской (это важно!) юмористической (это тоже важно!) передаче. Он назвал известных теннисных сестер «братьями Вильямс».

Что тут началось на свободословном Западе… Президент WTA Стэйси Алластер заявила, что «шутки Тарпищева оскорбительны, заслуживают осуждения, и он будет наказан». Одна из «небратьев», Серена, тоже не оценила юмор и право на свободу прикола, назвав слова Тарпищева «сексистскими и расистскими». Сам шутник поначалу удивлялся: «Они хотят, чтобы я извинился за то, что они не понимают юмора». Но ему объяснили, сурово насупив брови: есть вещи, над которыми шутить нельзя.

Сатирик Шендерович пригвоздил теннисного функционера к позорному столбу: «мы, со всей очевидностью, имеем дело с водоразделом цивилизаций. Ибо Тарпищев …, видимо, совершенно искренне считает сказанное шуткой. … Представления о смешном — это, в сущности, представления и о вкусе, и об этических ценностях».

О.К., мы поняли. Есть вещи, над которыми шутить нельзя, потому что нельзя никогда. Потому что это – признак цивилизации и нецивилизации. Ведь есть же этические ценности и вкус.

Но вот на дворе 2015-й, а не октябрь 2014-го. И сатирик Шендерович уже объясняет: «… про что угодно можно шутить. … И, конечно, большое, огромное количество людей может обидеться – это уже второй вопрос. На обиженных воду возят».

В принципе, наверное, на Серене Вильямс можно и воду возить, она девушка крепкая. Но, боюсь, шутки на расовые и сексистские темы дева по-прежнему не любит. Как не ценят юмор, например, международные федерации футбола, штрафуя клубы нещадно за обычные бананы, показанные на стадионах случайными дурными болельщиками.

Но сегодня «мывсешарлиэбдо». И каждая свободная газета считает долгом с пафосом провозгласить: «От свободы слова было бы мало пользы, если бы мы говорили только то, с чем все согласны. От нее также было бы мало пользы, если бы ее ограничивала необходимость избегать разного рода оскорблений».

И я опять ничего не понимаю. Так шутить можно над всем? Не боясь оскорбить? А вот, скажем, управляющие фейсбуком об этом знают, когда отстраняют многих за всякие неполиткорректные высказывания? Вообще, пресловутая политкорректность – это и есть продукт формирования все новых и новых табу. Негр больше не негр, а в семьях теперь родители с номерами. Кто с этим не согласен – может и срок получить.

Что нам скажет сатирик Шендерович? Он скажет: «…Мы столкнулись с тем, что агрессивные дикари пытаются диктовать правила игры! …Они будут решать, над чем можно шутить, над чем нельзя». Нет-нет, под агрессивными дикарями вовсе не имеется в виду уважаемая администрация фейсбука с ее запретами, чтоб она была здорова. И не Серена вместе с теннисной ассоциацией и с их наказаниями. И не те, кто запрещают называть негра негром. «Дикари» - это, по мнению сатирика – аятоллы, которые посмели решить, что в список неосмехуемых надо включить не только сестер Вильямс, но и пророка Мухаммеда.

В общем, вы как хотите, а я запутался окончательно. С одной стороны, запретных тем для шуток быть не может – свобода слова. С другой стороны – попробуй, пошути на некоторые темы, даже у себя дома, даже в юмористической передаче – будешь наказан. Видимо, прав Шендерович – это что-то цивилизационное. Нам, генетически неевроинтегрируемым, просто не понять ускользающую красоту европейских ценностей. А вот украинцы смогли и перемогли. Поэтому теперь, когда они убивают несогласных с собой, это не назовут террором. И редакция «Эха Москвы» (как и «Эха Парижа, Берлина, Торонто» и т.п.) не сделает мужественное селфи с майками «Je suis Odessa». А вот пошутить над «шашлычками» в Доме профсоюзов – это по-нашему, по-европейски. Ведь для шуток нет запретных тем, не правда ли…?

Война? А вы к ней готовы?

Хотел сказать предельно просто: нет таких высоких идей, ради которых надо устраивать бойню безоружным людям. Осуждать, штрафовать, делать дипломатические демарши, давать «двушечку» - это можно, если по закону. Но вот так, глумясь своим вооруженным превосходством над цивилистами – это подлость, которую не оправдать никаким благородным гневом. Мои соболезнования Франции.

Хотел ограничиться этим. Но потом посмотрел эти самые карикатурки. Которые теперь защищают, как свободу слова. Если это – свобода слова, то мне, честно говоря, страшно за само слово. Особенно в день Рождества Бога Слова. Да, теоретически, у себя дома можно делать, что хочешь. Но на дворе глобализация. «У себя дома» теперь – это в своем жилище и с выключенным айфоном. Все прочее – публичная деятельность на всю планету.

Да, вы живете в постхристианском обществе. И потому легко возражаете: «рисуйте в ответ карикатуры на Христа – но зачем же убивать?». Прекрасно понимая, что нападки на Христа вас не тронут. Ибо в вашем либеральном обществе вера – это обычная заморочка, которую можно толерировать, пока она не мешает другим. Как пчеловодство или гомосексуализм.

Но в глобальном мире есть те, для кого это – не заморочка. Для кого бог, пророки, святые – это даже больше, чем для вас самые близкие люди. И вот представьте, что вашу малолетнюю дочь нарисуют трахающейся с бомжами. Коллаж вашей голой матери в непотребном виде разместят в СМИ, доступных всей планете. А в суд подать нельзя, потому что вся это похабень – Великая Духовная Ценность государства, где это размещено. Я не знаю, как среагируете вы лично, но не нужно быть религиоведом, чтобы догадаться о возможной реакции горячих исламистских парней. Помните нашу любимую присказку про всякие танцы в православных храмах: «а слабо то же самое – в мечети?». Ну вот это оно и есть.

Еще раз: никто не уговаривает принять ислам. И даже специально изучать, что там можно, а что – нет. Но тот, кто постил картинки про вашу дочь и вашу маму, тоже имеет право их не уважать и не понимать. Однако после публикации фоток вам это будет уже не важно, потому что он перешел черту. И если вы набьете ему морду, то вас могут осудить, но свои будут считать вас правым.

А что делали сами «цивилизованные»? Они что, посчитали, например, законодательство об однополых браках другой страны ее внутренним делом, которое надо уважать? Нет, они устроили информационный террор Играм в Сочи. Им не понравилось неуважение к правам человека (т.е. оскорбление чужих западных «святынь») в некоторых нефтяных странах – и они развязали полноценные военные агрессии. Десятки и сотни тысяч убитых – «гуманитарная операция», 12 человек – террор? Украинские евроваххабиты сожгли заживо людей в Одессе – в ценности вписывается? Не все убитые равны – есть те, которые равнее? А вы не заметили, ребята, что на вас нападают ваши же креатуры, которых вы натравливали на других – Бен Ладен, которого растили и тренировали для войны с Советами, исламские боевики, которых избавили от Саддама и натравили на Асада? Совсем не удивлюсь, если следующими, кто вас подорвет, будут украинские правосеки.

Но это еще не главное. Я-то могу принять, что ваша ценность – это право на сознательное хамство в отношении чужих святынь. И вы, наверное, готовы за это воевать, класть жизни, свои и чужие, как исламисты за Мухаммеда. То есть, выходит, вы наприглашали к себе миллионы плохо ассимилируемых людей с принципиально иными ценностями – и собираетесь убеждать их этими картинками отказаться от своих убеждений? Это какой же глубокой верой надо самим обладать при этом – верой в свои службы безопасности…

Мощные митинги прошли накануне в Германии – против исламизации Европы. Не менее мощными были и протесты – против ксенофобии. Кто из них прав? Оба правы, и оба – не правы. Ведь если вы провозгласили либеральные принципы, то миллионы приглашенных исламских пассионариев в конце концов заставят вас считаться с ними, используя ваши же нормы. Но если вы хотите этому сопротивляться и сохраниться как цивилизация, как европейские нации, то вам нужно сворачивать нафиг свой либерализм, пока вас не победили более сильные цивилизации. Сильные не технологиями, а духом и верой. Да, подзабытые штуки, но весьма действенные, оказывается. И вот этому вы хотите противопоставить потребительство, окна Овертона, карикатуры и Кончиту Вурст? Вместо семьи, веры, нации и Отечества? Не хочу огорчать и ванговать, но вы проиграете. Потому что ваши ценности – фейковые, и вы это подсознательно чувствуете. Это не ценности, а набор утилитарных норм поведения в сытых государствах: выборы между одинаковыми системными партиями, свобода одинаковых системных СМИ, свобода и уважение любому извращению, если оно не мешает соседям.

Зря вы не слушали Путина валдайско-сочинского. Это он вам говорил, а не нам. Увы, бесполезно: страшнее медведя зверя нет, «дранг нах Остен», экс ориенте никакого люкса, у нас – ценности, у русских – мракобесие и отсталость. Какой, на фиг, терроризм, когда надо Украину отжать? Вот это – цивилизационная задача.

Несколько лет назад Меркель, не поверите, сказала буквально: «У нас не слишком много ислама, у нас слишком мало христианства». Понятно, это дань памяти тому, что ее партия пока называется христианской. Хотя в реальности нет больше никаких христианских, консервативных, социал-демократических, республиканских и демократических партий – а просто 50 оттенков одного серого либерализма. Все старые споры закончены, воцарился консенсус вокруг карикатур и бороды Святой Кончиты-великомуженицы. Этим, конечно, можно соблазнить народы с зачаточно-романтическими представлениями о демократии, вроде грузинского или украинского. Но это не работает против ребят, которым перестрелять в евростолице редакцию известного журнала – как два пальца обсосать. Можно полагаться на спецслужбы, при этом из принципа наращивать градус карикатурного хамства, ополчая против себя не сотни, а сотни миллионов, и беря врага на «слабо». Но ему-то не слабо. А вот про вас – не знаю.

О национальной гордости великороссов

Вот мы все же не способны на великие чувства к другим народам. Особенно на негативные. Даже антисемитизм у нас какой-то бытовой. Все равно нам Марк Бернес близок так же, как Василий Шукшин. А стоило Рамзану встать с нами в строй – ну и где про «кормить Кавказ»?

Может, поэтому у нас русский национализм никак не заработает на полную катушку, как у прочих уважающих себя наций? На радость дворникам, рынкам и стройкам России, и в огорчение Холмогорову и иным спутникам несостоявшихся погромов. Они считают – мы не дотягиваем до национализма. Мне кажется, мы как-то наднациональны – то ли православное, то ли имперское, то ли интернационально-коммунистическое прошлое сказывается, то ли все вместе. Но чем больше мы смотрим на всяких херойствующих соседей, тем более пошлым нам это кажется. Не достойным зависти и уважения, а именно глубоко и безнадежно пошлым. За что потом, когда угар проходит, нациям часто бывает очень стыдно. Если даже удается избежать трибуналов.

Антиамериканизм? Да что нам делить с нормальными одноэтажными кукурузниками? А с итальянским или греческим фермером? Да, либеральные города и натовские «ястребы» - этих мы не воспринимаем. Но таки не по нацпризнаку. Если ты не убиваешь русских – мы про тебя вообще забыть можем. Вот кто с ходу назовет имя нынешнего грузинского президента? А сколько нам всякие тут рассказывали, что мы «такой личный неприязн испитываем – кущать нэ можэм»? И нет никакой неприязни – зато есть «Боржоми».

Ну не можем мы кого-то на гиляку за то, что он – другой национальности. Даже сволочь последнюю и убийцу. Пленных фашистов подкармливали. Которые к нам пришли ТАКОЕ вытворять – примерно на 5 Холокостов хватает. И что? Виновных в Холокосте ловят до сих пор по свету, русским же говорят: ваши погибшие миллионы – не считаются, раз после войны в половине Европы не было многопартийности и «Кока-колы». Вот это – ужас-ужас, а вы тут с вашими сожженными деревнями. Поэтому им и референдум в Крыму страшнее Одессы.

Зато как же мы любим тех, кто к нам хоть немного с пониманием. До смешного. Все долги прощаем – ребята, только не делайте антироссийских переворотов! Ну просто не превращайтесь в Украину, а? Ну разве так трудно без гиляк вменяемому человеку, которого еще не охмурили ксендзы с кружевными трусами и методичками на тему «Как победить коррупцию коллективными подпрыгиваниями»?

Может быть, всё это очень плохо. Что мы до упора наивно верим в братство и родство, как большевики в солидарность «немецких трудящихся» на фронте в 1917-м. Вместо того, чтобы сплотиться, выходить на площади в едином порыве, вводить, обходить с флангов, объявлять ультиматумы и войны из-за одного пленного капрала. До самого конца мы считаем, что у тех это – временное помутнение, которое скоро пройдет. Ну не может не пройти, в 21-м веке...

И это нам очень часто обходится весьма дорого – попытки верить в братство там, где другие полагаются на пропаганду и экономическое подчинение. Вполне возможно, неумение вовремя взбодрить национальное чувство – наша проблема. Но все равно не могу завидовать соседям, которым это удалось. Потому что их нацчувство стало банальным объектом манипуляции, когда проукраинский запал использовали против украинских интересов. Ведь у самих-то европейских наций национализм весьма и весьма евроскептичный.

Но зато мы гораздо острее чувствуем, когда нас хотят подчинить. Для нас абсолютный нонсенс, чтобы нация, дружно кричащая «слава моей стране – героям слава!», делала это ради договора, отменяющего госсуверенитет и взрывающего внутренний межнациональный мир. Патриотическое чувство в нас сильнее национального. Либо они просто совпадают. Повторюсь, может быть, это не есть хорошо. Я иногда даже завидую националистам. Потому что, например, когда вдруг вижу по самому первому каналу страны так называемый «русский шансон» - у меня рука тянется к пульту переключить на «Культуру», где показывают совсем не русского Джо Дассена.

Это никак не отменяет категорического императива, что надо помогать русским в Новороссии. Как, впрочем, и украинцам там же. И абхазам. И южным осетинам. И сербам. Всем, кому больше никто, кроме нас не поможет. Не все потом оказываются исторически благодарными, не все помнят добро больше зла. Но я все равно благодарю Бога, что я – москаль. Даже если меня сейчас какие-то другие народы не любят и наказывают именно за это. В такие минуты я радуюсь, что мы не похожи на них. Наверное, это тоже национализм.

Мое новогоднее поздравление

Друзья! С Новым вас 2015-ым!

Мы пережили невероятный, безумный, драматический, фантастический 2014-й год. Он принес нам неожиданную радость возвращения Крыма, которая, как, наверное, всегда у нас, со слезами на глазах.
Скольких мы потеряли в прошлом году... Навсегда запомню глаза этой умирающей женщины с такой чудной фамилией Кукурудза. Мальчишек со школьного донецкого двора. Всех вас, дорогие наши новороссы, которые не дожили до этого новолетия. Которые встали с оружием в руках за свою землю. Да так крепко, что весь "цивилизованный мир" вас считает российским спецназом.

Мы потеряли в этом году и многих из тех, кого раньше считали своими: Ахеджакову, Макаревича и иже с ними. Вы так и остались с 2014-м, когда ваша страна ушла вперед, в неведомый 2015-й. Бог вам судья. Мы уже далеко от вас.

Но как много мы приобрели! Это не только 2 миллиона новых граждан. Это, прежде всего, мы сами, вдруг почувствовавшие себя нацией, единым целым, своими. Я сам нашел здесь почти 5000 друзей - у меня в жизни столько не было. Мы весь год поддерживали друг друга, делились радостями, скорбели и обменивались новостями. Так хотелось бы, чтобы это все сохранилось в 2015-м году. Потому что побеждают не экономики и не вооружения, а люди. Народы. Нации.
За вас, дорогие ватнички!

Пусть все у вас будет хорошо в 2015-м. А если станет хуже - поддержим друг друга.
Будьте здоровы, терпимы, справедливы, мудры и жизнерадостны!
Не обещаю, что грядущий год будет легким, но скучным точно не будет. Но это - наша стихия. В такие периоды мы оживаем, творим Историю, побеждаем.
Да будет!

"Брат 15"

Сначала намечались митинги. Потом аресты. Потом решили совместить. Узнику кремлевско-чекистских застенков дали условно, что, если задуматься, выглядит прямым оскорблением человеку, бросившему вызов Системе. Это что ж – всех усилий, разоблачений, срыва масок и слива сортиров – на какие-то жалкие условные 3,5 года? Даже брательнику больше дали. А тут – такой откровенный плевок в селфи: ты не достоин наших застенков, свободен.

Говорят, несостоявшийся узник хочет подать на апелляцию – но, мне кажется, апелляция ему сейчас нужна, как Кончите Вурст эпиляция. Впрочем – это его дело. Может, и уговорит таки кровавый режим на реальный срок. А то неудобно будет как-то явиться на «марш миллиардов» за собственное освобождение. Там уже и покрышки принесли, и боевых украинцев завезли, небесные снайперы на крышах сидят с огромной нашивкой «KGB» на ушанке, чтобы легче было снять CNN. Наверняка и сценаристы приехали с Украины – единственной страны мира, которая смогла превратить фарс в трагедию.

А что если сделать теперь Спасителем России брата? Собственно, какая разница, ради кого собираться, уж коли намылились? И какая богатая идея для либерального ответа ватному «Брату 2» получается – снять «Евробрат 15». Который поедет в Париж отстреливать белоэмигрантскую мафию князей Шаховских и прочих Шереметевых, подписавших письмо в поддержку России. Или взорвет казарму с «вежливыми людьми»: «вы мне, гады, за Севастополь ответите! Он был и есть украинский!». Он выпьет виски с Маккейном и спросит того: «вот скажи мне, американец, в чем сила? Разве в деньгах? В тех жалких пяти миллиардах, которые вы вложили в майдан? Нет – сила в правде. А правда – не у того, у кого доллары, а у того, кто их печатает. Не за деньги мы сражаемся, но в нашей груди стучит пепел Санта Клааса! Крым будет украинским! Газ будет европейским! Путин будет Ходорковским!».

брат2

Кстати, самый лучший сценарий для политузников предложили наши украинские друзья. Летчица-наводчица Савченко, не выходя из подвалов Лубянки, делает головокружительную карьеру у себя на родине. Она уже избрана в парламент, в делегацию Украины в ПАСЕ. И это явно не предел. Догадываетесь, кто будет следующим президентом Украины? Да, прав, как всегда Жириновский: надо сажать – тогда люди растут. Кто творчески, как Достоевский, кто карьерно, как Савченко. У «распятого мальчика» Олега Навального теперь тоже могут возникнуть головокружительные перспективы. Министр в украинском правительстве – это минимум. И так, пазл за пазлом, мы смогли бы собрать в нашей пенитенциарной системе целое правительство Украины в застенках. Которое прямо оттуда, из недр, объявит нам войну и предложит сдаться.

Когда НАТО вступит в Украину?

Многим из нас еще недавно казалось: как это вообще возможно, чтобы целые нации оказывались ослепленными, не воспринимали иных точек зрения, считали других недочеловеками и недо-расами, хором требовали «распни!», «расстреляй!», «сожги!». Уж в наше-то гуманное целомудренное время это никак невозможно. Это тогда были тираны и варвары, не имевшие фейсбука, либеральных экономистов и бородатых женщин. Но теперь-то, когда можно быть что гоем, что геем – лишь бы не сорили и не курили...?

А вот оказывается все возможно. Не меняется человеческая натура с изобретением айфона и яйцеварки. Вспоминаю зализанную либералами цитату Довлатова: «Мы без конца проклинаем товарища Сталина, и, разумеется, за дело. И все же я хочу спросить – кто написал четыре миллиона доносов?». Вот теперь, в эпоху блогов, соцсетей и электронных СМИ предельно понятно, кто и как их написал. Бесчисленные статьи в украинских, европейских, американских СМИ про: «больше санкций! больше ада! исключить…! отнять…! лишить…!» – это и есть самые настоящие доносы. Санкции и прочие репрессии применяют уже «по просьбам трудящихся».

Вообще, вот чем мы отличаемся от «цивилизованного мира» - так это неумением долго, нудно и мелко гадить. Мы можем вмазать по-крупному, но и отходим весьма быстро и щедро: Кемска волость? ГДР? Забирайте! А вот вам схема наших жучков в вашем посольстве. А вот вам акватория Берингова пролива. Чего мелочиться?

Они – другие. США сохраняли поправку Джексона-Вэника (ограничения в торговле с СССР/Россией за запреты евреям на выезд из страны) аж до 2012-го года! Уже куча евреев обратно в Россию вернулась, но нас по-прежнему наказывали за них. Они и сейчас предупреждают: санкции – это надолго. Все давно забудут, из-за чего их ввели, а всякие ограничения все равно будут вылезать из всех щелей, когда какие-нибудь правнуки Сечина или Аксенова вдруг попросят визу в Америку. Потому что – Система. Машина. И эти люди еще кого-то обвиняют в тоталитаризме…

гуси

Кстати, судя по всему, Машиной было принято решение не делать Украину витриной успеха страны, принявшей «европейские ценности» (tm). Накладно и бесполезно. Вместо того, чтобы в долгую совращать россиян успешным соседским примером, решили, что дешевле и проще тупо взорвать ее рядом с врагом. Сделать из нее такого шахида, ослепленного верой и начиненного взрывчаткой с дистанционным взрывателем. Конечно, Киев рассчитывал на нечто иное, и Януковича майданили не для этого. Рада гордо объявила себя блоковой страной, однако блок сильно удивился этой прыти, сказав, что, вообще-то, они пока никого не ждут. Тем более – стран, которые ведут войны с соседями. И что ж получается: признать, что у тебя нет войны с Россией? А этого никак нельзя, потому что нельзя признать никогда. Ибо война с Россией – краеугольный камень украинской цивилизации и ее главная духовная скрепа.

Именно поэтому новые киевские власти еще раньше отчитали вялохарактерных натовцев – не можете решиться? Тогда мы сами себя в НАТО примем и вас не спросим. «Никто не может помешать Киеву вступить в блок НАТО!», срезал посол Украины в ЕС германского министра Штайнмайера. Это другие идут в НАТО за защитой и для спокойной жизни. А вот Украина идет в НАТО не защищаться, а атаковать. Трепещите, Воронеж и Ростов! Великая Украина от Жмеринки до Владивостока – только так и никак иначе! А вы там, в Брюсселе-Вашингтоне, если не знаете, как пользоваться НАТОй – подвиньтесь и не мешайте другим.

Тем временем состоялся обмен пленными в Великой Российско-Украинской Войне, в ходе которого украинских воинов-освободителей обменяли на батальон российского спецназа, умело маскировавшегося под донецких тётенек. Которые были ранее схвачены за поднос пирожков ополченцам. Против этих женщин проводят уже 4-ю волну мобилизации фольксштурма – а то скоро просто не на кого будет менять пленные российские элитные войска, прикидывающиеся донецкими и луганскими пенсионерами. Для поддержания боевого духа мобилизованных решили на всякий случай перерезать всякое транспортное сообщение с Крымом. Поскольку мобилизуемый фольксштурм так рвется в бой, что решил просачиваться малыми группами сразу в Крым. И сидеть там в засаде, дожидаясь освобождения исконно украинского полуострова доблестными войсками укрмахта. Ну или вступления Украины в НАТО – что раньше наступит.

А еще к нам снова приплыл американский корабль «Дональд Дак». Тот самый, который ранее прославился мужеством и героизмом при встрече с российским самолетом, по итогам которой, по слухам, 27 моряков написали рапорты об увольнении с флота. Зачем кораблик приплыл второй раз? «Что ищет он в стране далекой? Что кинул он в краю родном? … А он, мятежный, просит бури»?
Я почему-то вспомнил не очень приличный анекдот про охотника, который нашел как-то медвежью берлогу, затаился у входа и пальнул внутрь с обоих стволов. Вдруг сзади подошел хозяин берлоги и надругался над охотником в грубой форме. На следующий день охотник опять пришел к берлоге и на сей раз кинул в нее тротиловую шашку. И тут услышал за спиной голос медведя: «я так и знал, что тебе понравится…».