January 5th, 2015

Мое новогоднее поздравление

Друзья! С Новым вас 2015-ым!

Мы пережили невероятный, безумный, драматический, фантастический 2014-й год. Он принес нам неожиданную радость возвращения Крыма, которая, как, наверное, всегда у нас, со слезами на глазах.
Скольких мы потеряли в прошлом году... Навсегда запомню глаза этой умирающей женщины с такой чудной фамилией Кукурудза. Мальчишек со школьного донецкого двора. Всех вас, дорогие наши новороссы, которые не дожили до этого новолетия. Которые встали с оружием в руках за свою землю. Да так крепко, что весь "цивилизованный мир" вас считает российским спецназом.

Мы потеряли в этом году и многих из тех, кого раньше считали своими: Ахеджакову, Макаревича и иже с ними. Вы так и остались с 2014-м, когда ваша страна ушла вперед, в неведомый 2015-й. Бог вам судья. Мы уже далеко от вас.

Но как много мы приобрели! Это не только 2 миллиона новых граждан. Это, прежде всего, мы сами, вдруг почувствовавшие себя нацией, единым целым, своими. Я сам нашел здесь почти 5000 друзей - у меня в жизни столько не было. Мы весь год поддерживали друг друга, делились радостями, скорбели и обменивались новостями. Так хотелось бы, чтобы это все сохранилось в 2015-м году. Потому что побеждают не экономики и не вооружения, а люди. Народы. Нации.
За вас, дорогие ватнички!

Пусть все у вас будет хорошо в 2015-м. А если станет хуже - поддержим друг друга.
Будьте здоровы, терпимы, справедливы, мудры и жизнерадостны!
Не обещаю, что грядущий год будет легким, но скучным точно не будет. Но это - наша стихия. В такие периоды мы оживаем, творим Историю, побеждаем.
Да будет!

О национальной гордости великороссов

Вот мы все же не способны на великие чувства к другим народам. Особенно на негативные. Даже антисемитизм у нас какой-то бытовой. Все равно нам Марк Бернес близок так же, как Василий Шукшин. А стоило Рамзану встать с нами в строй – ну и где про «кормить Кавказ»?

Может, поэтому у нас русский национализм никак не заработает на полную катушку, как у прочих уважающих себя наций? На радость дворникам, рынкам и стройкам России, и в огорчение Холмогорову и иным спутникам несостоявшихся погромов. Они считают – мы не дотягиваем до национализма. Мне кажется, мы как-то наднациональны – то ли православное, то ли имперское, то ли интернационально-коммунистическое прошлое сказывается, то ли все вместе. Но чем больше мы смотрим на всяких херойствующих соседей, тем более пошлым нам это кажется. Не достойным зависти и уважения, а именно глубоко и безнадежно пошлым. За что потом, когда угар проходит, нациям часто бывает очень стыдно. Если даже удается избежать трибуналов.

Антиамериканизм? Да что нам делить с нормальными одноэтажными кукурузниками? А с итальянским или греческим фермером? Да, либеральные города и натовские «ястребы» - этих мы не воспринимаем. Но таки не по нацпризнаку. Если ты не убиваешь русских – мы про тебя вообще забыть можем. Вот кто с ходу назовет имя нынешнего грузинского президента? А сколько нам всякие тут рассказывали, что мы «такой личный неприязн испитываем – кущать нэ можэм»? И нет никакой неприязни – зато есть «Боржоми».

Ну не можем мы кого-то на гиляку за то, что он – другой национальности. Даже сволочь последнюю и убийцу. Пленных фашистов подкармливали. Которые к нам пришли ТАКОЕ вытворять – примерно на 5 Холокостов хватает. И что? Виновных в Холокосте ловят до сих пор по свету, русским же говорят: ваши погибшие миллионы – не считаются, раз после войны в половине Европы не было многопартийности и «Кока-колы». Вот это – ужас-ужас, а вы тут с вашими сожженными деревнями. Поэтому им и референдум в Крыму страшнее Одессы.

Зато как же мы любим тех, кто к нам хоть немного с пониманием. До смешного. Все долги прощаем – ребята, только не делайте антироссийских переворотов! Ну просто не превращайтесь в Украину, а? Ну разве так трудно без гиляк вменяемому человеку, которого еще не охмурили ксендзы с кружевными трусами и методичками на тему «Как победить коррупцию коллективными подпрыгиваниями»?

Может быть, всё это очень плохо. Что мы до упора наивно верим в братство и родство, как большевики в солидарность «немецких трудящихся» на фронте в 1917-м. Вместо того, чтобы сплотиться, выходить на площади в едином порыве, вводить, обходить с флангов, объявлять ультиматумы и войны из-за одного пленного капрала. До самого конца мы считаем, что у тех это – временное помутнение, которое скоро пройдет. Ну не может не пройти, в 21-м веке...

И это нам очень часто обходится весьма дорого – попытки верить в братство там, где другие полагаются на пропаганду и экономическое подчинение. Вполне возможно, неумение вовремя взбодрить национальное чувство – наша проблема. Но все равно не могу завидовать соседям, которым это удалось. Потому что их нацчувство стало банальным объектом манипуляции, когда проукраинский запал использовали против украинских интересов. Ведь у самих-то европейских наций национализм весьма и весьма евроскептичный.

Но зато мы гораздо острее чувствуем, когда нас хотят подчинить. Для нас абсолютный нонсенс, чтобы нация, дружно кричащая «слава моей стране – героям слава!», делала это ради договора, отменяющего госсуверенитет и взрывающего внутренний межнациональный мир. Патриотическое чувство в нас сильнее национального. Либо они просто совпадают. Повторюсь, может быть, это не есть хорошо. Я иногда даже завидую националистам. Потому что, например, когда вдруг вижу по самому первому каналу страны так называемый «русский шансон» - у меня рука тянется к пульту переключить на «Культуру», где показывают совсем не русского Джо Дассена.

Это никак не отменяет категорического императива, что надо помогать русским в Новороссии. Как, впрочем, и украинцам там же. И абхазам. И южным осетинам. И сербам. Всем, кому больше никто, кроме нас не поможет. Не все потом оказываются исторически благодарными, не все помнят добро больше зла. Но я все равно благодарю Бога, что я – москаль. Даже если меня сейчас какие-то другие народы не любят и наказывают именно за это. В такие минуты я радуюсь, что мы не похожи на них. Наверное, это тоже национализм.