April 23rd, 2014

Хождение либералов на "Прямую линию" с Тираном

Вы же понимаете, что эти люди реально шли на подвиг. Потому что это в победившей украинской демократии оппозиционер, выходящий из телестудии, ничем не рискует. Уж тем более, если он кандидат в президенты страны. А вот в тоталитарной России каждый, кто, потея от собственного героизма, швыряет в лицо Тирану неудобные вопросы, может быть расстрелян прямо на ступенях телецентра. Вы вот знаете, сколько их не дошло до своих домов с прошлых прямых линий с Диктатором? То-то. А раз никто не знает – значит от нас скрывают.

Разумеется, они идут на прямой эфир не спрашивать что-то у Путина. Они идут с Миссией. Ибо знают, что по кремлевской стене идет трещина каждый раз, когда звучит Страшный Вопрос: «КооперативОзеро»-телеканал«Дождь»-АлинаКабаева-19замков-четвертыйсрок-референдумподдулами? Однако вот так в лоб заклинание произносить страшновато, и они начинают демонстрировать свое мастерство ироничных намеков («Да! Да! Настало время «эзопова языка»! золотой век интеллигенции!» - стокгольмский синдром любви заложника к мучителю как главное либидо креативного класса, утраченное за 25 лет).

Ведь никто же не рассчитывает на ответ по существу. Вернее, никто не собирается слушать то, что говорится в ответ. Ибо для них единственно возможным ответом на героически брошенную в лицо перчатку может быть только падение Тирана на колени и слезное: «Как?! Как мне искупить мою вину перед Русской Интеллигенцией? Mea culpa, mea maxima etc.». А коли этого нет, то какая разница, как он там увиливает от прямого ответа? И сами вопросы-то задаются исключительно для своей тусовки. Это их звездный час. ИХ прямая линия со СВОИМ народом. Они тут же спешат (если не расстреляют по дороге) добежать до эха-сноба-блога и тонко поделиться с всё понимающей аудиторией, просидевшей 4 часа перед экраном с ироничной улыбкой на умных устах: «видели, как я его уделал? КАК он вертелся и юлил в ответ на мой убийственный вопрос?». В третий том мемуаров «Жизнь как борьба» аккуратно вписывается глава: «Так начинался конец».

Но, кстати, зря они в этот раз не прислушались к сегодняшнему Прямолинейному. «Диагноз товарища Саахова полностью подтвердился» - не могу отказать себе в удовольствии процитировать дословно: «то, что они встречают отпор, то, что они встречают другую позицию и неприятие их собственной позиции, – вы знаете, у нас часть интеллигенции не привыкла просто к этому. Некоторые люди считают, что то, что они говорят, – это истина в последней инстанции, и по-другому быть не может, и, когда они что-то видят в ответ и слышат в ответ, это вызывает такую бурную эмоциональную реакцию».

Обладатели Высшего Знания (его суть коротко: право на свое мнение имеет лишь тот, кто делает айфоны, а не «калины») действительно просто не привыкли к возражениям по существу. К иному мнению. Это в принципе невозможно потому что невозможно никогда. Теоретически я уважаю чужое мнение (где-то в анналах моей веры записано, что так полагается либералу). Но я, естественно, презираю носителя иного мнения, потому что он стоит на низшей ступени эволюции. Сам факт несогласия с Высшим Знанием является непререкаемым доказательством эволюционной незавершенности. Ибо думающий человек может быть только либералом (ну или платным агентом Тирании).

Они вопиют об «угрожающем России расколе» - ну это когда их частное мнение не разделяет никто за пределами их локальных междусобойчиков. Но единственно возможный выход они видят в том же, что и киевские самозванцы: или вы принимаете наше мнение, или вы – раскольщики-сепаратисты, угрожающие стране. Собственно, этому их научил Старший Брат: есть мнение мое и неправильное. Несогласным делают гуманитарную операцию лоботомии до тех пор, пока они не заорут на все мировое сообщество, что они теперь тоже любят Пэже и общечеловеческие ценности.

Уже писал и повторю: не надо их закрывать, пока они не наболтали на статью. В природе нет ничего лишнего – и гиены, и комары, и желтопузики зачем-то нужны. Не знаю как вы, но лично я бы не написал бы ни строчки, ежели б не отечественная хомясфера. Скольких из нас они усадили к боевым клавам и, что еще важнее, познакомили и сделали друзьями? Ну как их после этого не благодарить?

Воистину воскресе!

Мне кажется, Пасха – самый русский праздник. Ведь не случайно в нашей традиции именно она – центральное событие православного года. Тогда как прочие христиане отмечают в качестве главного праздника Рождество. Казалось бы – нюанс, привычка. Ан нет. Рождение каждого человека – важное событие. До определенного момента именно свидетельство о рождении является главным документом, удостоверяющим личность. Но рождение не отвечает на главный вопрос – кто ты? Потом уже паспорт, военный билет, трудовая книжка, медицинская карта по-разному уточняют твою личность. Ведь нет генетической программы, определяющей, кем стать новорожденному – Гагариным, Достоевским или Музычкой. Факт рождения человека – это запись в реестре и радость родителям, но еще не ответ на вопрос, а кем именно пополнилось человечество, Гитлером или Ганди?

Не будь Воскресения, Христос, казненный после 33 лет земного пути, вошел бы в историю как выдающийся проповедник, основатель гуманистического учения мирового масштаба. Тот факт, что Он однажды родился, никого бы не смутил – сегодня и атеисты, кажется, не отрицают, что такая Личность в истории была. Но то, что Он воскрес после смерти, меняет всё. Самая суть христианства как религии сводится, на мой взгляд, именно к этому событию: или оно было, или – нет.

Однако Воскресение Христово мне кажется самым русским праздником не только потому, что он – главный у Русской Церкви. Лет триста назад вполне российский фельдмаршал фон Миних сказал: «Российская империя НАПРЯМУЮ управляется Самим Господом Богом. Если бы это было не так — то я бы просто не смог понять, как она вообще всё ещё существует». Если смотреть на нашу историю, то создается ощущение, что сама страна имеет это особенное свойство – воскресать, когда, казалось бы, достигнута точка экзистенциального невозврата. Когда не видно, какая сила нас может вообще вытянуть к жизни, не говоря уже о том, чтобы вывести в лидеры, сделать сильнее, чем раньше. Воскресение – это про Россию и про русских. Именно поэтому оно нам близко еще и, я бы сказал, ментально. Это не просто вера в Чудо. Это ощущение какого-то близкого родства с Чудом.

Автор самого пророссийского европейского произведения «Европа и душа Востока» Вальтер Шубарт написал о русских – в сравнении с европейцами: «Европейца вполне устраивает мир; он в нем уютно обживается и цепко держится за земные блага; он – реалист. Русский же мало ценит мир. Его не покидает удивление, как это человек – подобие Бога – мог угодить в столь злосчастную мировую историю. Его не покидает ощущение, что он на земле лишь гость. Поэтому земля имеет над ним меньшую власть. Он может быть столь свободным только потому, что чувствует поддержку вечности». Именно поэтому, кстати, по мнению автора, «он способен на божественное легкомыслие и доводит его порой до крайности, до открытого вызова судьбе».

Вот это ощущение: «если Бог со мною – кого убоюся?» - оно присутствует в нашей жизни на уровне национального инстинкта, даже у неверующих. Как ощущение правоты своего дела: скажи мне американец, в чем сила? Ну какими санкциями запугать народ, чувствующий, что правда и высшая справедливость – на его стороне? О каких запретах на кредитные карточки или визы вы будете говорить людям, у которых за спиной Орда, Наполеон и Гитлер – века ига, сожженная Москва и блокадный Ленинград?

Пасха замечательна тем, что она открыта каждому. И это тоже очень по-нашему. Без цивилизационного снобизма и предварительных условий приобщения к Празднику – это не Евросоюз. Каждый год в эти часы читается замечательное «Слово огласительное на Пасху» Иоанна Златоуста, где сказано, что рады всем – и кто пришел в первый, и в третий, и в шестой, и в девятый час, «аще кто точию достиже и во единонадесятый час, да не устрашится замедления: любочестив бо сый Владыка, приемлет последняго яко и перваго. Воздержници и ленивии, день почтите.Постившиеся и непостившиеся, возвеселитеся днесь».

Христос воскресе!


Пасха

Параллельные миры

А все дело в том, что мы живем в абсолютно разных реальностях. Практически в параллельных мирах. И сейчас они все больше расходятся. Дело даже не в размере этих миров, а в глубине погруженности людей в них. Можно жить в Благовещенске, в Калгари или в Москве, и видеть, что Россия ни с кем не хочет воевать и никакую там Польшу или Финляндию атаковать не собирается. А можно сидеть по соседству на московской же радиостанции, в Жмеринке или в Оклахоме, и твердо верить, что Россия уже перешла границы и ведет наступление по всем фронтам.

Один мир считает жесточайшие бомбардировки Белграда преступными, другой благополучно живет в том понимании, что всё, проехали: был такой эпизодик, добро восторжествовало, зло наказано. Один мир видит в стандартном сценарии переворотов в арабских и постсоветских странах продвижение чужих интересов, другие – продвижение свободы. Миры видят только то, что сами себе показывают. Что сами хотят увидеть. Что захваты зданий одними – это хорошо, а другими – плохо. Просто потому, что тебе симпатичнее эти, а не те. Эти – народ, те – экстремисты. Люди искренне верят, и прощают своим всё. Если я хороший, значит и те, в кого я верю – тоже хорошие. «Ведь я же не фашист, и раз я был на майдане, значит – он не был фашистским; я не националист и за нынешнюю власть в Киеве, значит – она не националистическая».

Россия тоже живет своей реальностью. Наверное, в чем-то переоценивая масштабы и недооценивая угрозы. Переоценивая свои возможности и недооценивая издержки. Но она уже заявила, что не собирается воевать. Однако как быть, если та параллельная реальность не собирается признавать эту? Вообще ее право на существование. Если ей удобнее видеть здесь террористов и агентов Кремля, а не живых людей в Луганске, Донецке, Славянске? Ведь это страшная штука: значит, после таких слов, они и не собираются с ними вместе жить в одном доме. Именно они готовы сделать ставку на войну, потому что только так смогут удержать на себе внимание «всего цивилизованного мира». Одно дело – кучка бездарей, не умеющих управлять государством, и совсем другое – героическая сторона военного конфликта. Тут точно помогут, чем могут. И даже если половина государства (к которой они же сами сожгли все мосты) отвалится, вся вина будет не на них. Восьмой и двадцатый круг санкций ляжет на Россию.

Ведь самое страшное – остаться наедине не с врагом, а с реальными проблемами. И, что еще хуже, это когда до тебя никому нет дела. Вы помните такое государство Грузия? Еще пять лет назад казалось, что там решаются судьбы мира. Туда потоком шли деньги, они занимали первое место по темпам роста военных расходов в мире (!). И все потому, что Саакашвили удалось выгодно продать «русскую угрозу» Западу. Потому что сама по себе Грузия мало кого колышет в России и даже в Кремле, пока она никого не атакует и не тащит НАТО на Кавказ. Этот же трюк с продажей Западу своей конфронтации с Россией повторил и Киев. В 2004-м не прошло: не маячило НАТО в Севастополе за спиной – не было и повода для вмешательства России. А вся прочая ваша свобода с евроценностями, как выясняется, российской диктатуре до лампочки. Теперь сознательно заострили в 2014-м, чтобы Россия вмешалась, и этим можно было бы напугать (= привлечь) Запад посильнее. А в свое время под тот же шумок «русские идут! (а не идут, так придут)» прибалты вступили в ЕС и НАТО. В то время как всех прочих хорватов и турок мурыжат десятилетиями.

На самом деле не происходит какая-то там изоляция, сдерживание, победа сил добра - сил зла или еще какие-то громкие штуки. Это все бывает в едином мире. А у нас эти миры расползлись, и люди окончательно стали называть вещи своими именами, каждый для себя, в своем миру. Даже женевские соглашения – попытки миров нарисовать что-то общее – на следующий же день трактуются по-своему. «Разоружение – это когда разоружаются ваши, а не наши». Теперь одни умиляются своим салоимитаторам у власти, какие они свободо- и европолюбивые. А в нашем мире ломают голову, как же от этих пришельцев из иного мира спасать русских? Да так, чтобы без аннигиляции при соприкосновении с антиматерией.

Хотя мои друзья по ФБ сосуществуют в нашем мире, я сознательно не буду говорить, что тот мир нереален. Он живет по своим правилам, и люди в его матрице верят в то, что именно их мир и есть настоящий, а не опрокинутый. Но вопрос в другом: похоже, не осталось нейтральной или пересекающейся территории, поскольку миры расползлись до несоприкосновения. И я честно не знаю, как быть нежелающим определиться. Потому что, похоже, комфортных мест в амфитеатре, «над схваткой», просто не осталось.